Возрождение садов Валаама мичуринцами

Здравствуйте, Андрей!
Пишет Вам Ирина Владимировна Кондрашова из г.Мичуринска Тамбовской области. Хочу предложить Вам тему одной из передач «Пусть говорят». Я знаю, что Вы нередко бываете на Валааме, любите монастырь, остров, и людей, проживающих на нём. Мне кажется, Вы не останетесь равнодушным и к этой неотъемлемой части острова, называемой с давних пор «Чудом Валаама»- уникальным монастырским садам. Мы занимаемся ими с 1986 (!) года. Ещё до возвращения монастыря на остров старинные монастырские сады представляли огромную ценность, и в тот год Карельский филиал Академии наук забил тревогу по поводу их плачевного состояния. Обратились ко всем учёным-садоводам страны. Москва, Ленинград отказались, а вот мичуринцы (учёные Плодоовощного института им. И.В.Мичурина, ныне МичГАУ) согласились и вот уже почти 30 лет мы несём это «послушание». Почему я хочу рассказать об этом всей стране? Во-1, потому что именно моя мама, Кондрашова Капиталина Васильевна, профессор МичГАУ, заслуженный работник сельского хозяйства РФ, начинала эту работу тогда в составе целой команды преподавателей и специалистов и до сих пор руководит всеми работами мичуринцев на Валааме, а ей в этом году исполняется 75 лет. Она знает в валаамских садах каждое дерево, каждый кустик, каждый саженец на питомнике. Теперь уже и я сама вот уже 10 лет регулярно приезжаю и работаю на Валааме со студентами, проводя омолаживающие обрезки, прививки, опрыскивания и другие профессиональные работы в садах. Во-2, потому что ситуация на самом –то деле не такая уж благополучная. И у нас в Мичуринском аграрном университете, и в монастыре, и в садах. В университете одни за другими идут сокращения штатов. Мама, как пенсионер, несмотря на все её заслуги, опыт, знания, может попасть под сокращение… Её зарплата составляет около 1 тыс. рублей (0,1 ставки)! Я, являясь научным сотрудником, получаю 0,5 ставки (это всего 3 тыс. рублей!). Но мы не об этих деньгах сейчас переживаем. В монастыре, как наверное, и во всей стране, сейчас – кризис. То, что там происходит я, пожалуй, не имею права ни критиковать, ни осуждать. Но судьба садов, как Вы понимаете, нам не безразлична. В конце концов, люди приходят и уходят, а эти живые свидетели истории (многим яблоням более 150 лет (!) ещё живут и плодоносят! И должны жить и дальше. А среди них уникальные, реликтовые сорта, выведенные теми самыми старыми монахами, прославившими в XVIII – XIX веках русское земледелие, русское православие на весь мир! Проблема сейчас в том, что в самом монастыре нет ни одного специалиста-садовода (к сожалению, нынешнее поколение монахов не очень-то тянется к земле). Хотя справедливости ради надо отметить, что в последнее время на скитах появились 2-3 человека из братии, которые неравнодушны к садам. И всё-же главное для них – молитва. И снова я отошла от темы…) В последние годы сады подвергаются серьёзным испытаниям, зачастую грозящим гибелью уникальных садов. В основном (не считая зайцев и лосей) из-за человеческого фактора. Мы, мичуринцы, несмотря на проблемы у себя в ВУЗе, приезжаем и делаем всё возможное. Наши студенты и сотрудники имеют все необходимые навыки и знания. Например, нам приходится делать обрезку старых, порой очень высоких деревьев, зависая на их ветвях, работаем практически весь световой рабочий день, понимая важность того, что делаем, и, живя при этом в самых спартанских условиях. К сожалению, в монастыре к садам отношение прохладное. Проблемы духовного плана здесь, наверное, стоят на первом месте. Возможно, это правильно. Казначей монастыря предупредил нас, что монастырь не сможет выделять столько денег на спасение садов. Братии «проще вырубить их» (цитата).
Дорогой Андрей! Всё это я объясняю лишь потому, что хочу привлечь именно к садам внимание спонсоров и благотворителей, которых судя по развернувшемуся огромному строительству на Валааме, немало. Но почему-то они желают вкладывать свои деньги в камни и кирпичи пусть даже разукрашенные и освящённые (в виде церквей и часовен), а не в спасение живого музея. А сады ведь ещё и кормят монашескую братию витаминами, а при должном уходе накормят и всех паломников, туристов и гостей острова.
Выход из положения мы видим только в организации либо какой-то волонтёрской группы, либо студенческой (по типу стройотряда), но это должны быть люди достаточно молодые, готовые работать именно в садах, и именно под нашим руководством. Почему так, а не иначе, я поясню позже при необходимости. При нынешней ситуации полностью такую нагрузку финансовую и организационную не может на себя взять ни монастырь, ни университет (а может не хотят). Но это уже детали проекта. Сейчас, как мне кажется, надо сделать первый шаг - привлечь внимание к садам, показать их уникальность и людей, самоотверженно пытающихся их спасти.
Как я вижу всё это в формате Вашей передачи? Конечно, никакого негатива и критики в адрес монастыря не должно прозвучать. Мне кажется, если рассказать зрителям о моей маме, пригласить её коллег из той старой гвардии учёных (благо они ещё живы), которые начинали возрождение уникальных садов, хотя бы по одному бывшему студенту из 14 (за последние10 лет) студенческих «десантов», а (если помечтать, то и разыскать и кого-то из студентов 90-х годов); монахов, если согласятся ( им ведь не благословляется фотографироваться и сниматься). Ну одного-то точно надо (послушника Михаила, который все последние 10 лет «окормляет» всех наших студентов). Или о. Авраамия, который ещё тогда, в 90-х, начинал возрождение Валаамских садов с Капиталиной Васильевной и другими учёными. Можно отца Григория, который официально несёт послушание садовода садов. И, я думаю, неплохо было бы, чтобы руководство монастыря просто сказало Капиталине Васильевне «спасибо» за преданность садам, за знания, силы, здоровье (мамины колени не выдержали таких нагрузок и сейчас она ходит на искусственных коленных протезах), большую часть души, отданную монастырским садам. Таких людей, патриотов своего дела, своего института, специалиста с большой буквы я лично редко встречаю сейчас (это объективно), беззаветно любящих и остров, его сады. Может, это в какой-то мере поднимет авторитет и романтику нашей профессии, наших специалистов, которых вытеснили экономисты, юристы, программисты, менеджеры…Нами написано множество и научных, и ненаучных статей, дано немало интервью. Но, если вам будет интересно, о наших мыслях и делах можно прочитать в публикациях или посмотреть наши интервью.
Вот , например:
1.Капиталина Кондрашова. С мечтой о райском саде. Журнал «Духовно-нравственное воспитание» № 5, 2012
2.Ирина Кондрашова. Молитва за Сады Валаамские
Журнал «Духовно-нравственное воспитание» № 5, 2012 Электронное приложение № 2(№ 3) Нравственность вещества
3.Эдуард Ефремов. И на Валааме яблони растут (Плоды трудов ученых Кондрашовых)
Журнал «Подъём» №12 2013г.

P.s. Есть ещё одна тема для вашей передачи, продиктованная моей болью. Возможно, найдутся ещё люди, оказавшиеся в таком положении. Это проблема людей пожилого возраста, оказавшихся теперь в странах Прибалтики, оторванными от своих родных. Рассказываю. Моя тётя, родная сестра моей мамы Вера Васильевна Крупская, живёт в Риге. Ей 84 года. Живёт одна. Более 25 лет назад в автокатастрофе погиб её единственный, горячо любимый сын Юрий. Он был директором спортивной школы по дзю-до, ехал с соревнований. Похоронен он в Риге, поэтому, несмотря на последующее вытеснение русских, она никуда не может и не хочет переезжать. Мы с моей мамой пару раз съездили к ней, но для этого пришлось оформлять первый раз турпутёвку, второй – разовую визу, но и тогда, и теперь, в кризис тем более, для нас провинциалок с зарплатой не превышающей 10 тыс. (больше в семье нет работающих людей) это становится практически нереально. Я хотела было оформить многоразовую визу или какую-нибудь типа родственной, но не тут-то было. Начала, собирать документы, подтверждающие наше родство, оказалось, что у мамы нет свидетельства о рождении, где написаны были её (а, следовательно, и тёти Веры) родители. Послали запрос в ЗАГС, Крестецкого района Новгородской области. А они, по какой-то нелепой ошибке прислали дубликат, где вписано имя не её отца. Чем опровергнуть это - неизвестно. В ЗАГСе сказали: «Подавайте в суд». Зная всю тяжесть судебных процедур и проволочек, я понимаю, что мои пожилые родственницы просто… не столь вечны. Руки опускаются. А так хочется доставить огромную, может быть единственную радость встретиться родным сёстрам, разбросанным теперь по разным странам. Тем более, что в таком возрасте каждый прожитый день – уже подарок Бога. Тётя Вера (или как я всегда называю её Крёстночка) и мама – дети войны. Мама – с 1940г., крёстночка – с 1932г. Они многое могли бы рассказать о тяжёлом военном и послевоенном детстве в деревне Бычково Новгородской области. Мой дедушка замёрз в лесу на заготовке дров для Советской Армии. Моя просьба – помогите оформить визу так, чтобы можно было навещать тётю с наименьшими финансовыми затратами. Или хотя бы давайте встретим их в рамках вашей программы. В честь 70-летия Великой Победы.
22.05.2015. С уважением Ирина Кондрашова, г. Мичуринск, Тамбовская обл.