21 марта 2015г. с моим сожителем Романьковым Вадимом Анатольевичем (23.03.1974 г.р.) произошел несчастный случай на РШ «Анна» в водах Южно - Курильска, принадлежавшем Солонко Лукьян Дмитриевичу ( ООО «Онасис»)

История одной жизни
21 марта 2015г. с моим сожителем Романьковым Вадимом Анатольевичем (23.03.1974 г.р.) произошел несчастный случай на РШ «Анна» в водах Южно - Курильска, принадлежавшем Солонко Лукьян Дмитриевичу ( ООО «Онасис»). Мой сожитель работал на данном судне водолазом с 4 марта 2015 года, до этого он работал в ООО «Новое время» так же водолазом. 22 марта утром ко мне пришел друг Александр и сообщил мне, что Вадим находится в коме, лежит в Южно-Курильской больнице и что с ним произошел несчастный случай, другой информацией он не обладал. Капитан РШ «Анна» Юрий не звонил мне и не оповещал об этом случае. 22 марта дали номер капитана, с его слов произошла следующая ситуация: лодочник Спиранский В. не увидал водолаза Романькова В. и наехал на него лопастями мотора лодки, чем нанес ему тяжелые телесные повреждения, а именно открытая черепно-мозговая травма, шок, кома, сломан 7 шейный позвонок.
Романькова Вадима доставили в больницу г. Южно-Курильск, по непонятной мне причине не вызвали борт сан авиации, чтобы транспортировать его в областную больницу Южно – Сахалинска. Главный врач больницы Южно-Курильска – дочь работодателя, смею предположить, что наличие личных связей и своевременно не принятые решения по моему мужу привели к отягчению его состояния. Брат работодателя – мэр города Южно- Курильска, в связи с этим у Солонко Л.Д. наибольшее кол-во квот и не соблюдаются нормы/ правила безопасности водолазных работ.
23 марта 2015 года встречалась с работодателем Солонко Л.Д., который передал мне часть зарплаты Вадима в размере 232 000 йен (двести тридцать две тысячи) и еще и обещал помогать в лечении, снять комнату мне для проживания, но в итоге тянул время и не сдержал данных обещаний. 3 апреля Солонко Л.Д. предложил 100 (сто) тысяч рублей и его юрист попросил с меня расписку о том, что эта сумма моральная компенсация двум нашим несовершеннолетним детям (30.03.2014 г.р. и 01.11.2006 г.р.) и чтобы я дальше не делала никакие запросы. Я напомнила о его данном обещании помогать в лечении, но Солонко Л.Д. ответил, что «он не считает это целесообразным», после этих слов я не стала брать деньги, и тогда он сказал «что я ничего не смогу доказать» и мы разошлись.
Доставили Романькова В. в областную больницу только 27 марта, так как 26 марта не смогли организовать борт сан авиации по неизвестной мне причине. До 26 марта была нелетная погода, 26.03.15 была у министра здравоохранения Сахалинской области на личном приеме у Зубкова А.Д. И ПРОСИЛА ПОМОЩИ О ВЫВОЗЕ МУЖА с Курильских островов. Зубков А.Д. решил вопрос только на следующий день, огромное ему спасибо (но не представляю если что-то случиться неужели все доходят до министра области, иначе вопросы вообще не решаются).
24 марта была в Государственной инспекции труда по Сахалинской области у зам. руководителя Качинскиса Эдмундаса Эдмундо, который сказал что знает о данном происшествии и консультирует работодателя, что акт формы Н-1 имеет права мне предоставлять и что я ничего не докажу (имеется ввиду вина работодателя за отсутствие техники безопасности при выполнении водолазных работ).
24 марта была в Профсоюзе Сахалинской областной больницы (находится на территории), где председатель профсоюза неоднозначно намекнула о том, что ее зять Антонов – заведующий нейрохирургическим отделением и чтобы что-то делалось нужно оформить спонсорскую помощь и тогда возможно будет хоть что-то сделать в моем случае.
27 марта доставили в Сахалинскую областную больницу. Вывозили его с Южно-Курильской больницы, я присутствовала при этом. На борту была одна реанимационная бригада, состоящая из 3 человек и двое тяжело больных, везли еще женщину после инсульта. Перелет нормально был осуществлен, без каких-нибудь происшествий. Не считая того, что в Южно-курильске имеется рентген и они должны были «просветить» голову, но этого не сделали по неизвестной мне причине (у него на данный момент до сих пор имеются в мозгу осколки от черепа).
3 апреля 2015 написала в Транспортную прокуратуру на предмет проведения следствия по данному происшествию, чтобы провели соответствующую проверку. Материалов дела сказали что нет и что не знают о таком происшествии от 21 марта 2015, хотя 23 марта звонила в Транспортную прокуратуру и мне сказали, что все знают и ждут материалов.
6 апреля ходила в УМВД России по г. Южно-Сахалинск и написала заявление на предмет привлечения к ответственности за нанесение особо тяжкого вреда здоровью на лодочника Спиранского В.
6 апреля 2015 года была в прокуратуре Южно - Сахалинска и написала обращение к прокурору Рябову о том, что прошу провести расследование по данному прецеденту и в связи с наличием множества личных связей попросила его контроля в этой ситуации.
7 апреля написала заявление в Приемную Президента Р.Ф. в Сахалинской области на предмет того, что прошло более двух недель мне так и не предоставляют материалов дела, а так же инспекция по труду не предоставляет акт Н-1, что подтверждает связь данного происшествия с производством.
8 апреля вновь пошла в Инспекцию по труду Сахалинской области (так как прошло более 2 недель), но меня не приняла ни руководитель отдела Заболотная В. сказав, что если я не с траулера «Дальний Восток», то ей не о чем со мной разговаривать…Снова пошла к Качинскис Э.Э. он так же мне ответил, что «не собирается заниматься этим делом и законодательно имеет на это право», наорал на меня что я все хожу, все равно ничего не докажу. Я оставила им свое письменное заявление и ушла.
С 7 по 10 апреля ходила к своему мужу в областную больницу, где меня не всегда пропускали. Ходила по разрешению главного врача Никулиной, но итак не всегда пропускали, мотивируя открыто «не хотим, нужно будет объяснительную напишем, имеем право не пускать». Вадим за две недели нахождения в этой больнице весь в пролежнях, так как нет соответствующего ухода. Даже при том, что постоянно покупаю пеленки/бритвенные станки (покупаешь по 10 штук, через 5 дней станков нет и при этом лежит с 3-х дневной щетиной) и стоит только менять его – выполняется не в полном объеме. Пришла 7 апреля, у него полный рот слюней, сама открывала рот и все эти сгустки убирала. До этого так же была и делала замечание, почему он лежит на мокрой кровати от этого у него началась скатываться кожа на руках. Было желание нанять кого-нибудь за деньги для соответствующего ухода, но была свидетелем того, как молодые санитарки смеются на лежащими голыми мужчинами без сознания и после этого к этим людям не возникало никакого желания о чем то просить.
9 апреля 2015 подходила к его лечащему врачу Паршину Вячеславу Михайловичу спрашивала что дальше мне делать. Он ответил, что я должна нанять платную реанимационную бригаду с Москвы или еще где-нибудь выкупить места в самолете и переправить в какой-нибудь нейрохирургический центр. Скажите, а если денег нет в такой объеме мне что делать? Они все видом показывают, что лечение только за деньги, но при этом конкретных сумм не называют. Антонов, который работает в частных клиниках по косметологии ничего не делает, на вопрос когда все таки удалят осколки черепа в мозгу никто не дает мне ответа. 16 апреля спрашивала у глав врача Никулиной на каком основании я должна нанимать платные реанимационные бригады и выкупать билеты, если есть сан авиация и она должна этим заниматься.. Глав врач с сожалением в интонации ответила «я поняла что у Вас нет таких денег» и отказалась помогать.
19 мая прилетела снова в Южно-Сахалинск, так как сан. борт мне не дали. Зубков по неизвестной мне причине отказал в нем и сказал ждать официального ответа в течении месяца. Лечение моего мужа было следующее:
каждые 4 часа 3 таблетки глицина, утром раствор хлорида натрия 0,5 л и раствор рингера 0,75 л внутривенно. Врач игнорировал меня, вызвал к себе и требовал забрать заявление с прокуратуры, я отказалась. Авиакомпании официально отказали мне в вывозе мужа, так как у него открытая черепно-мозговая травма и возможен только сан. борт.
7 июня 2015 года я вывезла мужа с Сахалина (помог мне предыдущий работодатель оплатив более 200 тысяч за эту услугу, так как его главный бухгалтер незаконно уволила Романькова и отдала трудовую Соломко).
На данный момент он находится в Находкинской городской больнице и мне прихъодится оказывать платные услуги: найм массажа, покупка лекарств, трубок для дренажа (стоимость 32000 руб). Его работодатель (Соломко) так нам и не помогает.
Сегодня пришло письмо с прокуратуры (во вложении), где подтвержден факт нарушения техники охраны труда, но нет вины врачей. От этого письма уже не легче, все время конфликтовать и добиваться правды очень тяжело. Вадим по прежнему без сознания, диагнозы поставили другие в Находке (гидроцефалия, оказалась еще плюс пневмония, синдром «запертого человека»), но, к сожалению, я понимаю что тут его «на ноги» не поставят. Город у нас небольшой, нет того уровня технологического оборудования и специалистов, а я с двумя детьми не обладаю большими деньгами для перевозки его в реабилитационный центр. Очень тяжко смотреть на человека, который до сих пор жив, но ничем ему помочь сам не можешь. Хочу обратиться к Вам за помощью, пока еще есть возможность вернуть человека к жизни.