Лабгаева (Оленева) Е.П., с 21.11.1995г. состояла в браке с Лабгаевым И.Н. В период брака нами по договору купли-продажи от 25.08.2000г. была приобретена квартира по адресу: г.Тольятти, ул.Мурысева, д.83, кв.114

Я Лабгаева (Оленева) Е.П., с 21.11.1995г. состояла в браке с Лабгаевым И.Н. В период брака нами по договору купли-продажи от 25.08.2000г. была приобретена квартира по адресу: г.Тольятти, ул.Мурысева, д.83, кв.114.
У нас с мужем здоровье плохое, мы оба инвалиды 2 группы бессрочно, я – с 2001г., муж – с 2005г. С 2011г. у нас произошло ухудшение состояния здоровья. У мужа был инсульт, инфаркт. У меня удалена левая почка, ставили онкологическое заболевание, также, у меня диабет 2 группы и гипертоническая болезнь. Мы постоянно нуждались в лечении.
В этот период времени я познакомилась с Веселовым С.А., который живет в соседнем доме, работает сантехником, менял у меня в квартире сантехнику. Веселов С.А. со своей сожительницей Лашук О.А. стали нам помогать, привозили с рынка продукты, ухаживали. Лашук О.А. работала на почте, затем социальным работником в отделе социальной защиты населения в Комсомольском районе г.Тольятти. Лашук О.А. делала массаж, уколы, Веселов С.А. привозил продукты, менял в квартире трубы. Мы с мужем платили им за все деньги, но они, тем не менее, нам помогали и очень хорошо к нам относились. Я попросила Лашук О.А. оформить нас с мужем в отделе соцзащиты, как лиц, получающих социальную помощь, но ответчик сказала, что не нужно, она будет нам помогать добровольно.
Детей, т.е. наследников у нас с мужем нет, и мы с ним говорили, что можно завещать квартиру людям, которые нам помогают в трудной жизненной ситуации. Сколько нам еще жить - было неизвестно. Мы им доверяли во всем.
Зимой 2013г. мы ездили к нотариусу на ул.Матросова, д.30 подписывать документы. Что за документы, я не знаю. Текст документа мне никто не зачитывал, как только я подписала документ, его у меня быстро забрали. Муж при мне никаких документов не подписывал, в это время он находился на улице во дворе. К нотариусу мы ездили с ответчиками. Поскольку они нам помогали в обслуживании, мы им давали деньги на разные нужды, я думала, что для этого понадобились какие-то документы.
Далее мы с мужем продолжали жить в своей квартире, платили за жилье и коммунальные услуги, услуги связи. Про квартиру мы с мужем не разговаривали.
В августе 2013г. Веселов С.А. посоветовал мне поставить в квартире пластиковые окна. За мои деньги – 22 000 руб., окна в квартире были установлены.
27.07.2014г. мой муж Лабгаев И.Н. умер.
После смерти мужа ответчики стали ко мне отвратительно относиться. В апреле 2014г. Лашук О.А. принесла мне блины с икрой, после того как я их съела, меня стошнило. По состоянию здоровья терапевт назначила мне уколы. Лашук О.А. делала мне уколы шприцем объемом 1 мл, а нужно было использовать шприц объемом 5-10 мл. У меня стала отниматься левая нога, и я отказалась от уколов. Веселов С.А. довел меня до такого состояния, что пришлось вызывать скорую помощь. В середине апреля 2014г. Лашук О.А. стала выгонять меня из квартиры, кричала, что я буду жить в подвале, что это их квартира, а не наша с мужем.
В июле 2014г. в квартире на кухне разбирая вещи, я нашла документы - копию свидетельства о праве собственности на свою квартиру, где собственниками значились ответчики, там же лежал оригинал договора дарения и подписанное мною нотариально удостоверенное согласие на дарение квартиры моим супругом Ляшук О.А. и Веселову С.А. в равных долях. Эти документы мне подкинули ответчики, не в руки дали, а пока я не видела, спрятали среди вещей.
О том, что муж подписал договор дарения квартиры, я не знала, и не видела, когда и как он его подписывал. О дарении квартиры ответчикам мы с мужем никогда не говорили. Такого намерения у нас не было. Это наше единственное жилье. Согласия на дарение квартиры чужим людям я мужу не давала и не могла дать.
Мы с мужем юридически не грамотные. Муж по специальности сварщик, я - разнорабочая.
После того, как я узнала, что есть договор дарения квартиры, я пошла к нотариусу, которая подтвердила, что имеется нотариально удостоверенное мое согласие мужу на дарение квартиры. Нотариус также сказала, что нашего с мужем завещания на квартиру нет.
Фактически я проживаю в своей квартире по адресу: г.Тольятти, ул.Мурысева, д.83, кв.114, плачу за содержание и коммунальные услуги (часть квитанций прилагается к иску), зарегистрирована по месту постоянного проживания.
После смерти мужа ответчики мне не помогают, продукты, лекарства не приносят, за содержание жилого помещения и коммунальные услуги, став собственниками по документам, не платят, как и не платили ранее. Если я иду по улице во дворе или сижу на лавочке около подъезда, а Веселов С.А. и Лашук О.А. едут мимо меня на машине, то смеются и сигналят мне.
Веселов и Ляшук воспользовались нашей сложной жизненной ситуацией, под предлогом помощи и заботы о нас, обманули мужа и меня, решили завладеть нашей квартирой. В результате, я осталась без жилья.
В договоре дарения квартиры от 30.01.2013г. отсутствует пункт о сохранении за мной и мужем права постоянного проживания в квартире.
Лашук О.А. являлась социальным работником. Таким образом, знала о том, что квартиру принимать в дар от граждан, которым она оказывает социальную помощь, она не имела в силу закона. Но об этом Лашук О.А. ни мне, ни мужу не говорила. Чтобы завладеть нашей квартирой, Лашук О.А. ранее умышленно отказалась оформлять нас с мужем в отдел соцзащиты официально, так как тогда она не смогла бы получить нашу квартиру даром.
Кроме того, Лашук О.А. знала и умышленно умолчала о том, что существует договор ренты. Сейчас они меня убеждают в том, что не хотели квартиру принять в дар, тем не менее, угрожают выселить меня на улицу. Я нахожусь на грани жизни и смерти, неоднократно по вине вышеуказанных лиц, я принимала попытки самоубийства.
Как человек, который осуществляет опеку над стариками, может так нагло над ними глумиться, при этом Ляшук и в настоящее время продолжает работать с пенсионерами и никто из них не застрахован как и я остаться на улице, без жилья.

Прошу Вас разобраться в сложившейся ситуации и помочь мне, так как лишь на Вас я надеюсь и уповаю.