в Красноярске живут две дочери в квартире на 5-м этаже. Однажды, это было13 мая 2014 года, девочки стирали, и выскочил сливной шланг, немного подтопили соседку этажом ниже. Соседка Светлана Чаплыгина

Здравствуйте, Андрей Малахов.
У нас осталась последняя надежда – обратиться к вам. Почему в Красноярске царит столько несправедливости? Всегда побеждает тот, у кого положение, деньги, блат. Хочу поведать вам свою историю.
У нас в Красноярске живут две дочери в квартире на 5-м этаже. Однажды, это было13 мая 2014 года, девочки стирали, и выскочил сливной шланг, немного подтопили соседку этажом ниже. Соседка Светлана Чаплыгина тут же пришла со своим сожителем разобраться в произошедшем. Было уже поздно, часов 8 вечера. Соседка была в нетрезвом состоянии, сожитель тоже (в суде этому не верят). Сожитель остался на лестничной площадке, а Светлана вошла в квартиру, её встретила моя старшая дочь Аня. Соседка предъявила, что её затопили и стала требовать деньги. Аня попросила показать, а утром вызвать эксперта и потом заплатить сумму, которую озвучит эксперт. Соседку это разозлило, только не знаем почему, она схватила мою дочь за волосы, Аня защищалась. На шум из комнаты выскочила младшая дочь Надя и стала разнимать их. Сожитель стоял в бездействии. Чаплыгина кричала: «Вы ещё не знаете с кем связались. Я вам устрою. Я добьюсь, что вы здесь жить не будете.» Через месяц к дочери пришли два участковых, объяснив, что это из-за соседки, которую, якобы Аня сильно побила месяц назад, посадили в машину чуть не силком, увезли на участок в Октябрьском районе, закрыли её в кабинете, привели ещё пятерых мужчин в полицейской форме, просили подписать заявление с повинной. Говорили, что если Аня купит ей путёвку на курорт, то всё «замнут». Никакой повестки не было. Дочь у меня маленькая, хрупкая девочка, 22 года. Соседке Чаплыгиной 43 года, крупная женщина. Как сейчас нам стало известно, что пострадавшая работает в судебной экспертизе в Красноярске много лет, есть связи, положение. У себя на работе она сделала экспертизу о побоях. У неё сотрясение мозга, синяки, ссадины, сейчас поднимается давление. Все свои болячки возложила на Аню, а про ущерб в квартире Чаплыгина забыла и больше не упоминает. Теперь стала попросить двести тысяч.
Мы наняли адвоката, потом другого. Писали встречное заявление, но оно бесследно пропало, я понимаю, что его никто и не искал. Моей дочери грозит уголовная ответственность по статье 112 часть1. Суд уже длится полтора года, а сдвигов пока никаких. Дочь работает бухгалтером в Красноярске. На работе она рассказала о случившемся на следующий день. Давала показания на суде дочкина начальница, которая говорила, что Аня тоже была поцарапана и с синяками, что она в тот день отпускала Аню домой, так как у неё болела голова. Это подтвердила и Надя, сестра.
2 октября было ещё заседание по делу. С работы Чаплыгиной пришли два эксперта, которые подтвердили то, что писали в заключении. После суда в бумажном виде Чаплыгина попросила пятьсот тысяч рублей на лечение.
В следственном комитете дочери сказали прямым текстом: «С кем ты связалась? Тебе никто не поверит, поверят ей. Заплати сколько она просит. Подумай, кто ты и кто она?» Ещё дочка консультировалась с московскими адвокатами, которые сказали то же самое, что в следственном комитете.
Мы живём в селе, я работаю в школе и с таким столкнулись впервые. Ведь всегда учили дочерей своих быть честными, защищать слабых, чтобы всё было справедливо.
Что нам делать? Помогите, пожалуйста.
Самое страшное для нас то, что моя девочка хотела с собой что - нибудь сделать.
Помогите, прошу вас. Нам больше некуда обратиться.