Борьба за наследство легенды советской моды Александр Шешунов - Малахов

Несколько дней назад в редакцию программы пришло письмо от Анны Матвеевой, которая обвинила известного модельера Александра Шишунова в незаконном захвате наследства. Речь идёт о кирпичном доме в Муроме, принадлежавшем Борису Спиридоновичу Шишунову. Анна утверждает, что этот дом должен был достаться её дочери Валерии от умершего отца Максима. Однако сейчас собственником числится Александр Шишунов.
Ситуация осложняется наличием двух завещаний. Первое, от 2010 года, оставляет дом Максиму Борисовичу. Второе, составленное 11 июня 2014 года, переписывает наследство на Александра. По закону юридическую силу имеет последнее волеизъявление наследодателя. Анна считает, что документ был переоформлен обманным путём, воспользовавшись статусом известного модельера. Она вспоминает, как нотариус прямо сказал ей: «Кто вы и кто он», посоветовав не конфликтовать.
Семейные отношения запутаны. Максим был сыном Ольги, родной сестры Александра, но из-за болезни матери его записали на деда Бориса. Таким образом, Борис стал для Максима юридическим отцом. Анна жила с Максимом в спорном доме, обустраивала его: построили баню, туалет с ванной. Она уверена, что дом предназначался Валерии, а Александру — другой объект недвижимости.
Александр Шишунов, легенда советской моды, шивший наряды для Пугачёвой, Пьехи, Навки, категорически отвергает претензии. Он утверждает, что Максим вёл аморальный образ жизни, злоупотреблял алкоголем, издевался над престарелым отцом. По словам модельера, в 2014 году ему сообщили, что дом могут отжать мошенники, поэтому Борис переписал завещание на него. Александр подчёркивает: дом достался ему с огромными долгами по коммунальным услугам, которые он вынужден выплачивать.
Модельер говорит, что не интересовался жизнью Максима и Анны, у них не было точек соприкосновения. Он помогал племяннику с работой, одеждой, но не мог терпеть его окружение и образ жизни. Александр вспоминает, как Максим продал подаренный ему автомобиль, забрал деньги, пропил квартиру. Собака-лабрадор, подаренная Николаем Караченцевым, погибла по вине Максима.
Соседи подтверждают: Максим действительно выпивал, но в трезвом состоянии был нормальным человеком. Они видели, как после смерти Максима родственники из Москвы сразу пришли забирать имущество. Анна пытается оспорить ситуацию, но юридически шансы минимальны: чтобы признать завещание недействительным, нужно доказать недееспособность Бориса на момент подписания или давление на него, что крайне сложно постфактум.
В студии разгорелась дискуссия. Одни гости призывают Александра проявить милосердие к племяннице, купить ей жильё, сохранить семейные узы. Другие отмечают, что модельер всего добился сам, начал с дворника в МХАТе, его наследие — коллекции в музеях, а не квадратные метры. Александр настаивает: его репутация, честь, творчество дороже любого наследства, он не обязан помогать тем, кого не считает близкими.
Анна переживает за будущее дочери: Валерии скоро 18 лет, ей нужно жильё. Она не просит богатства, лишь справедливости и угла для ребёнка. Александр остаётся непреклонен: дом его, он делает там мастерскую для архива и коллекций, не собирается ни продавать, ни сдавать, ни делить имущество. Конфликт остаётся неразрешённым: закон на стороне модельера, но человеческий аспект заставляет задуматься о ценности родственных связей, прощении и ответственности перед следующим поколением.